Другие факты о жизне Владимера Набокова:
ГЮСТАВ ФЛОБЕР 020
его и осторожно снимала затянутыми в перчатки паль­цами грубую траву и мелкие колючки репейника; а Шарль, опустив руки, дожидался, пока она покончит с этим делом. Дядюшка Руо, в новом цилиндре и черном фраке с рукавами до самых ногтей, вел под руку г-жу Бовари-мать. А г-н Бовари-отец, презирая в глубине души всю эту компанию, явился в простом однобортном сюртуке военного покроя и теперь расточал кабацкие любезности какой-то белокурой крестьяночке. Она при­седала, краснела, не знала, что отвечать. Остальные гости разговаривали о своих делах или подшучивали исподтишка, заранее возбуждая себя к веселью; насто­рожив ухо, можно было расслышать в поле пиликанье музыканта, который все играл да играл».
Эмму хоронят. «Шесть человек - по три с каждой стороны — шли медленно и немного задыхались. Свя­щенники, певчие и двое мальчиков из хора возглашали De profundis, голоса их терялись в полях, то поднимаясь, то опускаясь в переливах мелодии. Порой хор скрывался за поворотом тропинки, но высокое серебряное распя­тие все время было видно между деревьями (сравните со скрипачом на свадьбе).
Женщины шли в черных накидках с опущенными капюшонами; в руках они несли толстые горящие свечи, и Шарль почти терял сознание от этих бесконечных молитв и огней, от противных запахов воска и сутаны. Дул свежий ветерок, зеленели рожь и рапс, по краям дороги на живых изгородях дрожали капельки росы. Все кругом было полно всевозможных веселых звуков: гро­мыхала вдали по колеям телега, отдавался эхом пету­шиный крик, топали копыта убегавшего к яблоням жеребенка. В ясном небе кое-где виднелись розовые облачка; над камышовыми кровлями загибался книзу синеватый дымок; Шарль на ходу узнавал дворы. Ему вспоминались такие же утра, как вот это, когда он выходил от больного и возвращался к ней. (Довольно любопытно, что ему не вспоминается свадьба; положение читателя выгоднее.)
Время от времени черное сукно, усыпанное белыми «слезками», приподнималось и приоткрывало гроб. Ус­талые носильщики замедляли шаг, и гроб подвигался

    страница № 189